02:38 

ЛИАМ
Он проснулся так же внезапно, как и заснул, и почувствовал, что вновь долгая неудобная поза заставила тело скрипеть. Глаза потихоньку привыкали к очертаниям грота и водным бликам на стенах. Несчастная, ещё только-только пробивающаяся луна лезла в разломы ближе к выходу. В данный момент она не была такой уж страшной, как при полном своём диске, от которого приходилось прятаться на самом глубоком дне.
Отчего-то не любил Лиам луну. Он размял перепончатые пальцы рук и начал соскальзывать вниз, в целебную и живительную воду. Высокая влажность грота во многом спасала, но тёмно-серая кожа всё равно начинала подсыхать и противно зудеть. Лиам пробовал спать в воде, но постоянно уплывал вместе с течением и долго не мог отыскать дорогу обратно. К тому же, это было опасно. Сон для него был не удовольствием, а короткой необходимостью в отдыхе. То ли дело – открытое море…
Перепончатая нога-ласта нащупала нечто склизкое и напряжённое; Лиам спохватился, но было поздно: получив усиленный удар током, он с плеском свалился в воду. В полутьме мимо его лица скользнул ромбовидный хвост и стремительно умчался в темноту. Каждый раз одно и то же. Сколько ни проси, всё равно под ноги лезет.
- Ноэл, - этот призыв был скорее для поиска, чем для приманивания. – Ноэл, я же говорил тебе смотреть под ноги. Хех, под ноги. Под плавники? Ноэл, где ты?
В углу грота зажглось острое раздражение. Пятнистый электрический скат, прозванный Ноэлом, злобно взирал на Лиама своими маленькими полуслепыми глазками. Очень быстро раздражение сменилось на милость: стоило только протянуть руку и осторожно погладить рыбину вдоль колышущегося тела. Лиам послал извинения и его единственный друг их, похоже, принял. Плохо видящий Ноэл привык, что об него спотыкается Лиам, а Лиам же привык иногда получать свою дозу бодрящего тока. В какой-то мере, это даже помогало обоим проснуться.
Наперегонки они вырвались из грота и рассекли бесконечную водную гладь. Где-то далеко впереди, извиваясь, мчался довольный скат, Лиам же не слишком спешил догонять этого отменного пловца. Обычно в такое время Ноэл уплывал по своим личным делам и желал уединения. Уединяться приходилось и Лиаму. Уединение было лучше стаи диких акул.
С акулами они не поладили ещё с первых дней. Если старина Ноэл был добрым и отчасти доверчивым, то эти зубастые чудища отказывались выходить на контакт. От них шли бесконечный голод и злость, они уже несколько раз пытались впиться в новую человекоподобную добычу, но оказывались слишком бестолковыми. Их легко было запутать, маневрируя между серыми телами и уворачиваясь от клацающих челюстей. В первые моменты Лиам пугался, но теперь был научен горьким опытом и отдавал себе отчёт, что одна-две акулы – не страшно. Четыре и больше – верная смерть.
Лиам плыл вперёд, иногда раскрывая широкий рот с рядами острых зубов. Недурственно было бы поесть, но присутствия подходящей рыбы не наблюдалось ни зрительно, ни ментально. По инерции он плыл к берегу и активно напрягал слух. Проблемы приходили с берега, еда заканчивалась, потому что кто-то забирал её практически каждый день. Прислушиваясь, сквозь толщу воды он различал негромкий говор. Говорил кто-то один, причём фактически без перерыва.
Он подплыл под камни, обрамляющие скалистый берег. Кто-то сидел наверху, в капюшоне и со спущенными вниз ногами. Луна то и дело скрывалась за маленькими облачками, отчего почти всё время у берега царил полумрак.
- … и где это видано, чтобы мы, прочесав каждый сантиметр Рыжего леса, не нашли ни единого упоминания о тебе? – голос был женский. – Ни единого! Знаешь, как надоело мне постоянно просыпаться с мыслями о том, как ты там и где?
Лиам высунулся из воды, оставив на поверхности глаза, уши и часть мокрых нестриженых волос. Он сумел разглядеть покрытые шерстью лапы, пятками постукивающие по камням. Незнакомка сидела одна и, похоже, разговаривала либо с очень молчаливым собеседником, либо сама с собой.
- Где тебя носит, Вильмош Тот? Я никогда не поверю, что ты погиб. Наверняка ты стал птицей и улетел в горы. Клаудио найдёт тебя и приведёт обратно, и тогда я знатно тебя поколочу, ой знатно, обещаю!
Девушка скрипнула зубами и резко потянула на себя что-то огромное и полупрозрачное. В обеих руках у неё были части огромной сети, той, которую использовали солдаты гвардейского полка. Лиам смутно соображал, откуда знает такие детали, но в тот же миг его охватил ужас. Он с плеском нырнул в воду и помчался ко дну. Почти сразу он всем телом врезался в жёсткую сеть и заметался, пытаясь найти какой-то зазор. Перегрызть не стоило и пытаться: материал был сверхпрочный, разработанный специально для армии императрицы. Ему ли не знать? Кажется, он даже был знаком с создателем…
Сеть складками окутала Лиама со всех сторон. Он вовремя понял, что чем сильнее он дёргается, тем выше шанс удушить себя самостоятельно. Замерев, он воспарил над водной гладью в компании водорослей, медуз, пары больших ракушек и небольшого количества мелкой рыбёшки. Девчонка втаскивала весь этот груз самостоятельно, что не могло не пугать. Лиам честно испугался, но в его голове уже давно созрел план-перехват: как только его вытащат, он тут же нырнёт обратно, прихватив с собой как можно больше рыбы. Нет времени разбираться. Пару трепещущих рыбёшек он уже сжимал в обеих руках.
Встреча с землёй прошла не очень мягко. Он приземлился спиной на колючую траву, куда-то в бок впилась острая маленькая веточка, а сверху замаячила фигура в плаще и капюшоне. Ещё пару секунд они оторопело смотрели друг на друга, после чего Лиам закопошился, срывая с себя тяжёлую мокрую сеть. Свежий воздух больновато, но пока терпимо царапал непривычные к нему лёгкие. Девчонка спохватилась и начала поспешно хватать сеть за края. У неё было преимущество, но весьма слабое: обращаться с таким оружием она, по-видимому, умела лишь с недавних пор.
Борьба приобретала угрожающие обороты. Лиам плюнул на прихваченную рыбу и решил в очень быстром темпе убегать, когда вдоль его голого плеча ослепляюще проехались острые когти. С незнакомки слетел капюшон, но он так ничего и не увидел. Наконец Лиам почувствовал, что вылез из своей тюрьмы, и, что есть сил, помчался к воде. После суток непрерывного плаванья в воде, бег ему дался с трудом, что и послужило фатальной ошибкой. Девчонка догнала его в две секунды. Вновь Лиам Далтон встретился с землёй, на этот раз он проехался зубами по влажной почве и начал отплёвываться. Где-то уже было нечто подобное…
- Такую большую рыбку я ещё не ловила! – она придавила свою «добычу» коленом, удерживая за затылок.
- Мне кажется, или мы раньше виделись? – продолжил знакомство Лиам, удивляясь тому, что для речи можно использовать рот.
Он никогда не использовал губы, зубы и язык для общения с Ноэлом и другими своими соседями. Почувствовав, как его шею обнюхивают и фыркают от воды и соли, Лиам скосил глаз и сумел разглядеть девицу с наполовину ободранными волосами и горящим взглядом. Он и правда помнил нечто подобное, ещё тогда, когда единственной мыслью в его голове было доползти до воды. Похоже, убивать его не собирались. Лиам лёг смирно.
- Меня здесь многие видели. Меня зовут Шона, я - лидер Повстанцев. Ты знаешь, что нехорошо красть чужую еду? – речь у неё была чёткой, но с некоторым едва заметным порыкиванием.
- Еда нужна не только тебе, - он попытался улыбнуться и закашлялся от запаха сырой земли. – Я и мой друг живём и охотимся в этих водах.
В голове роились воспоминания. Старина Вильмош Тот был однажды его близким другом и соседом, пока Лиам не пошёл на повышение и не переехал в центр, после чего они стали реже видеться. Вильмош тогда взял на воспитание какого-то ребёнка. Он всегда был сердобольным и страдал от одиночества, этот Вильмош. Повстанцы уничтожили отряд гвардейского полка. Императрица улыбалась ему, а он онемел от ужаса, онемел, как рыба. Почему он боялся? Почему его схватила стража? Что он сделал?
- Я помню только одного морского жителя, что мне удалось спасти, так что не ври мне. Но я тебя узнала.
Лиам получил возможность подняться и отряхнуться от земли. Он оказался немного выше зубастой девчонки с торчащими вверх собачьими ушами, но всё равно чувствовал себя угнетённо под её претензионным взглядом. Оценивающе глянув на «улов», она отвернулась и принялась собирать сеть, выкидывая оттуда лишний мусор. Лиам остро почувствовал, что он здесь больше не главный объект внимания, и осторожно потрогал саднящие царапины на плече. Похоже, он был свободен.
Направившись к воде, он был остановлен приказным «стоять» и обернулся. Шона с перекинутой через плечо сетью держала за хвосты несколько упитанных рыбёшек.
- Наше поселение находится к западу отсюда, в десяти минутах через лес. Я провожу собрания раз в три дня на закате солнца. Приходи, тебе будут рады, - внезапно она залихватски оскалилась и подошла ближе. – Нас таких много, и мы держимся вместе.
Лиам успел только вытянуть вперёд ладони, чтобы поймать брошенную ему рыбу. Продолжив располагающе скалить зубы, Шона повернулась к лесу и зашагала между деревьями. Удерживая в перепончатых руках подёргивающихся рыб, благодарный Лиам уселся прямо на берегу и уже приготовился было вонзить зубы в долгожданный ужин, как услышал вдалеке:
- Тебя как звать-то?
- Лиам Далтон! – как можно громче ответил он, обернувшись на звук.
Замершая вдалеке Шона слегка застопорилась, озадаченно взглянув на нового знакомого. Однако через пару секунд она понятливо махнула рукой и скрылась из виду.

@темы: Harsh Generation

URL
   

Мир, который построил Спейн

главная