ШОНА
Потянувшись, она с шуршанием повернулась на бок и продолжила наблюдать за рыжим парнем-лисом. Ни виске у него начинала подсыхать корка, покрывавшая ровную стрелу неудачного пулевого ранения. Парень рычал, сопел, громко втягивал воздух и потрясал кулаками.
- Р-р-рэвс, - наконец, выдавил он.
- Рэкс, - поправила Шона. – Рэкс Вессель.
- Рррррэвкс!
- Пробуй ещё.
Её постель, собранная из сухих листьев, приятно чесала спину. Вместе с Рэксом они с трудом вмещались в маленький домик, собранный из подручных материалов лично Шоной под чутким руководством Клаудио. Клаудио знал очень много вещей, о которых она и не догадывалась. Он знал, как строить дома, как добывать огонь, даже как готовить пищу. Они ели рыбу и свинину, приготовленную на костре, и иногда пели песни, те милые песни, которые Шона помнила с детства. «Бабочка, бабочка, мой мотылёк, летишь на обманчивый ты огонёк…»
Первую ночь они спали вповалку, одной большой кучей под раскидистым деревом, чьи ветки клонились к земле. Шона точно помнила, что обняла трясущегося Рэкса и накрыла плащом. После этого их прикрыло одно из крыльев Клаудио. Со всех сторон сгрудились остальные подмёрзшие повстанцы, и подобной кучей малой все спокойно спали до утра. Утром же Шона вернулась к трупам имперских солдат и обобрала их до нитки, начиная с оружия и заканчивая зажигалками. На её находки Клаудио резонно ответил, что топливо и кремний в зажигалках не вечны, и объяснил, как высекается искра.
- Шона, - в шалашик, крытый чёрными имперскими плащами, сунул голову первый советник, понимая, что вместе с крыльями не пролезет никак, - можно тебя на минуточку?
Рэкс оскалил зубы, услышав чужое движение, но на знакомую физиономию Клаудио Карраро среагировал положительно и увалился на спину, преграждая Шоне путь. Она улыбнулась, погладив урчащего лиса по животу. Лис зажмурился и вякнул. Похоже, попытки разговоров его утомили. Почесав рыжего парня ещё пару секунд, Шона на четверых перелезла через прибалдевшее тельце и высунулась на воздух.
Клаудио сидел у ближайшего костра лицом к сваленным одно на другое обуглившимся брёвнам. Эти брёвна служили своеобразной сценой, с которой каждый вечер Шона О‘Лири вдохновляла своих соратников. Сегодня она говорила о будничных вещах: о новом месте для рыбалки, о том, что ежедневные тренировки дают свои плоды, о том, насколько повысился навык человеческой речи у тех, кто слишком сильно проявил себя зверем, а также много других вещей, ставших привычными.
Когда она повторяла ежедневное «И помните, мы – оружие природы! Если мы остались в живых, если природа дала нам клыки и когти, то природа хочет мести! И мы отомстим!», в толпу осторожно затесался серый силуэт. Сначала на него никто не обращал внимание, но вскоре всё больше и больше взглядов устремились в сторону неизвестного. Шона умолкла и присмотрелась. Её новый знакомый всё же отыскал лагерь. Махнув рукой, она добавила: «Привет, Лиам, а мы тебя ждём».
Всеобщие взгляды, полные недоверия и непонимания, тут же смягчились, заметив, что их лидер улыбается и наигранно машет ладошкой. Кто-то похлопал смутившегося Лиама Далтона по плечу, ещё несколько повстанцев уступили ему место поближе, но он отказался.
Треск огня умиротворял. Где-то неподалёку слышались басистые напевы: группка у другого костра тоже не собиралась расходиться. Они находились достаточно далеко от города, чтобы не бояться дымить и шуметь. Порт находился на западе, Сонориум – далеко на севере, и жили повстанцы в непроглядном диком лесу неподалёку от моря. Полоса, выжженная и убитая красным туманом, теперь называлась Рыжим лесом, и поваленные там деревья служили отличными баррикадами. Шона ни капли не жалела о том, что завела своих людей так далеко.
- Так что у тебя, Клаудио? – по привычке она завернулась в плащ.
- Фредди, - советник поджал губы. – Я его нашёл.
- Подробнее.
Приказной тон у Шоны выработался довольно быстро, даже раньше, чем она научилась так складно связывать слова в предложения. О Фредди она уже была наслышана, точнее, об Альфреде Бруне, первом лидере Повстанцев, командующем ими ещё в городе. Клаудио отзывался о нём как об очень талантливом ораторе, без которого нападение на Резиденцию вряд ли произошло бы.
- Он собрал своё поселение на севере от Сонориума. Я был так рад увидеть его живым, что не сразу заметил, что он немножко… - послышался тяжёлый вздох.
- Что «немножко»? – ушастая сдвинула изогнутые брови, придвигаясь ближе.
- …он немножко неадекватен, - Клаудио растянул поджатые губы и нервно щёлкнул пальцами. – Он требует признать его единственным лидером и отдать наши ресурсы, иначе он захватит поселение силой. Признаться честно, он просто сказал мне: «Я - ваш лидер, признайте это или умрёте все до единого».
Шона понятливо кивнула головой и погрузилась в раздумья. Лишь спустя несколько секунд она неожиданно взорвалась:
- Это с какой это стати?!
Клаудио не сдержался и прыснул, приложив когтистую ладонь ко лбу. Он постоянно подшучивал над тем, насколько туго работает сообразительность Шоны О’Лири, но в этот раз смешок вышел с некоторой горчинкой. Похоже, он действительно был слишком подавлен.
- С какой стати, я спрашиваю?!
На крик Шоны из шалаша высунулся полусонный Рэкс и озадаченно поглядел по сторонам.
- Мы строили наш новый дом общими усилиями, пока этот хрен с горы прохлаждался на своём севере, и теперь я должна отдавать ему всё только потому, что он юридически командовал нами сто лет назад?!
- Не сто лет, Шона, всего лишь два месяца, - по привычке поправил Клаудио, безучастно глядя в огонь.
- Да какая разница???
Рэкс тихо зарычал и вылез, отряхиваясь от листьев, после чего на четверых покорно подобрался к Шоне и сел рядом. Она не обратила внимание, вскочив на ноги. Языки пламени отражались в её больших глазах с вертикальными зрачками, она подрагивала и крепко сжимала кулаки.
- Это мои люди, Клаудио, вы все – мои люди! Я не отдам вас никому после всего, что мы пережили! Не отдам, слышишь? Никогда! Пусть подавится своими правами!
- Фредди очень себялюбивый и очень бестолковый лидер, Шона, но он вполне может исполнить свои обещания. Чёрт возьми, он же был моим лучшим другом… - сухой тон первого советника выводил из себя не хуже самого факта существования претензий на собственность Шоны О’Лири.
Шона угрожающе зарычала, ей начал вторить Рэкс, прижав подбородок к земле. Он явно не полностью улавливал суть разговора, но прекрасно чувствовал ярость, бушующую в его хозяйке. Никак иначе его отношение к новому лидеру не охарактеризовывалось: только хозяйка, за которой сплошное счастье таскаться отовсюду, изображая из себя важного сторожевого лиса.
- Я знаю, как решить всё без жертв, - тихо сказала Шона, сложив руки на груди. – Мы выйдем один на один.
- Шона, но это глу-
- Насмерть!!!
- На кого ты собираешься нас оставить, если проиграешь?!
- Я не проиграю!
На крики подтягивались из соседних домиков, озадаченно поглядывая на беснующуюся вдохновительницу и её крылатого советника, который тоже поднялся и теперь возвышался над всеми, отбрасывая страшную тень. Как ни странно, Шона его всё равно не боялась, и даже не думала сбавить обороты, подкидывая в загоревшуюся дискуссию всё больше и больше необдуманных, по мнению Клаудио, безумных решений.
- Мы даже не знаем, сколько у него людей, насколько они вооружены, как сильно его влияние на них! – ещё большей диковинкой было увидеть, как беснуется этот крылатый эталон невозмутимости. – Прекрати решать всё здесь и сейчас, послушай меня, я ведь никогда не советовал тебе ничего плохого!
Рэкс попробовал выскочить вперёд реплики хозяйки и с зубами накинуться на источник раздражения, но был остановлен отрывистым «На место!». Шона почувствовала, как сильно пылает её лицо. Всё же, первый раз она спорила с собственным советником, да ещё и по такому категоричному вопросу.
- Ты слишком осторожен, Клаудио, и слишком привязан к своим старым друзьям, - она уже не кричала, её тон сделался яростно-холодным. – Здесь и сейчас у тебя новая жизнь, и как бы ты того ни хотел, но ты не вернёшь ни свою уютную работу, ни своих чудесных друзей, ни твою обожаемую Марису. Не смей меня сейчас перебивать! Так вот, все мы здесь должны забыть о том, что было в прошлых наших жизнях, мы должны думать о том, что здесь и сейчас твой милый Фредди хочет убить нас всех, если мы ему не покоримся. Все слышите? Он так и сказал: он убьёт нас всех!
Вокруг собралась небольшая толпа, с испуганными лицами переглядываясь и перешёптываясь. На многих ночь действовала угнетающе, некоторые нарочито прятались в тени деревьев от слабенькой луны, что едва пробивалась сквозь облака.
- Ты всё-таки дай мне сказать, - сухо проговорил Клаудио, медленно втягивая воздух через нос.
- Не дам, - так же убийственно проговорила Шона. – Я повторяю: меня не волнует, что это был твой лучший друг, с которым вы весело мутили революцию. Сейчас у меня есть мои люди и враг, что хочет их отобрать. Я выйду с ним один на один, и ты меня не остановишь.
- Отлично, - похоже, нервы сдали даже у самого стоического из присутствующих. – В таком случае у меня для тебя подарок из прошлой жизни.
Клаудио схватил Шону за руку и быстрым движением вложил в её ладонь что-то маленькое и неразборчивое. В следующий момент он, громко хлопая крыльями, взмыл в воздух и устремился прочь. Несколько секунд ушастая смотрела на подарок, после чего шмыгнула носом и мелко затряслась. В её руке были разбитые и слегка оплавленные очки. Те самые, которые всю сознательную жизнь носил Вильмош Тот.

@темы: Harsh Generation